Вспоминая Высоцкого

«ОН или Гамлет XX века»

  • Автор: Т.Н.Дерендяева

Как пришла мысль написать статью о В. Высоцком?

Рассказывает автор:
«Мне посчастливилось встретить самого Владимира Семеновича Высоцкого у служебного входа Театра им. Вахтангова. Весна, 1979 год, после спектакля «Тринадцатый председатель», я ждала своего друга, занятого в спектакле и просматривала книгу.
«Девушка, кого Вы ждете? Может быть, я чем-нибудь Вам могу помочь?»

Я оторвала глаза от книги и посмотрела на незнакомца, он приближался в сером пальто, держа кепку в руке и от неожиданности, растерявшись, пробормотала что-то невразумительно-отрицательное в ответ!
Видя мое смятение, Владимир Семенович произнес: «Как Вам спектакль? Понравился?» После чего завязалась беседа, и чуть позже он позвал моего друга из гримерки театра …»

После его гибели, пресса молчала, не вспоминая о датах его рождения и смерти. В определенный момент жизни, состоялось множество встреч с известными, талантливыми людьми, лично знавших В.С. Высоцкого.
Много времени было проведено в гостеприимном доме Елизаветы Моисеевны Абдуловой-Метельской, с откровенными разговорами, обсуждениями, чаепитиями в приятной, располагающей обстановке.
У мамы лучшего друга Высоцкого, Всеволода Абдулова, на стене всегда висел портрет Владимира Семеновича с фотопробы в образе Емельяна Пугачева. Кандидатуру Высоцкого забраковали чиновники, а он мечтал сыграть эту роль.


Постепенно я и начала собирать материалы, которые читала сама Елизавета Моисеевна, она предупреждала, что под таким названием «ОН или Гамлет XX века» его точно не опубликуют! Рукописи долго пролежали в ящике и были частично опубликованы только в 1994 году.
«Не то время!» – говорили мне….

На «Мосфильме» Т. Дерендяева встретилась с Анатолием Дмитриевичем Папановым, народным артистом СССР.


Он рассказывал: Я познакомился с Владимиром Высоцким в 1968 году во время съемок фильма «Служили два товарища» режиссера Евгения Карелова. У Володи была трагическая роль штабс-капитана Брусенцова, не принявшего революцию.

Я видел в Володе талантливого человека, он был уникален.

Высоцкий умел, исходя из своих данных артиста, учитывая задачу режиссера, все переломить в себе и сделать так, как требовалось по роли. Меня всегда поражала его удивительная работоспособность.

Он летит в самолете и пишет песню, приезжает на съемку и опять работает на кино и поэзию.

«Володя, – спрашиваю я, – ты же устал, когда же отдохнешь?»

Он отвечает: «Если я отдыхаю, я устаю больше. Мне кажется, что время идет впустую».

Я не переставал удивляться этой жизненной энергии. Его на все хватало, будничная суета была не для него. Если у других актеров что-то не шло, то Володя всегда точно угадывал, что нужно режиссеру, и был лучше нас. На съёмках фильма «Плохой хороший человек» Володя нашел свое звучание роли, которую ему предложил режиссер Иосиф Хейфиц. Он полностью выкладывался, любил свою роль и самого Хейфица, тонко понимающего Чехова. Я не помню случая, чтобы Володя не был готов к съемке. На мой взгляд в роли фон Корена он сыграл собирательный, многогранный образ, и хотя с виду не был Гераклом, но мог играть крупного, сильного, волевого человека, и все воспринимали его таким. Мне кажется, фон Корен – одна из лучших его работ в кино. Трепетно, нежно, с каким – то особым настроем относился к своим братьям-артистам.

Даже очень уставший, он никогда не отказывался спеть, если его об этом просили актеры. Свежо, остро, с большим юмором исполнял он свои замечательные песни глобального масштаба, призывающие к чистоте, человеческой порядочности.

К сожалению, я не видел его в театре. Очень жалею об этом. То я уезжал, то он, и все спешили… Последняя наша встреча: я ехал в автобусе, а он – в «Мерседесе». Он мне: «Выходите, я подвезу!». А я машу рукой: «Нет, не надо». Так и разъехались. После этого я больше его не видел…

Художественный руководитель Ереванского драматического театра, народный артист СССР Рачья Никитович Капланян вспоминал:

Вы спрашиваете, почему мне нравится его Гамлет? Я видел множество исполнителей этой роли. Все они, выходя на сцену, играли результат действия, которому еще только предстоит развиваться. Тогда как Высоцкий – поразительная вещь – от сцены к сцене рос не только в событиях, он рос сам и как мыслитель, и как поэт. Владимир Высоцкий – человек со своеобразным актерским началом, будто он армянский актер: я имею ввиду его большую эмоциональную отдачу, темпераметность на сцене. Когда я об этом говорил Володе, он улыбаясь, отвечал: «Я по натуре южанин».

Актерское искусство должно идти от поэзии – это мои принципы актерского начала. И что бы Высоцкий не играл, он поэтизировал любую роль. Даже в роли сотрудника уголовного розыска капитана Жеглова в многосерийном фильме режиссера Говорухина «Место встречи изменить нельзя» я чувствовал поэзию.


Кадр из фильма «Место встречи изменить нельзя» (1979)

Познакомились мы в 1959 году. В то время он только начинал свою сценическую деятельность, а я ставил первый спектакль в Москве в театре Ленинского комсомола. Володя дружил с моим братом Леонидом Енгибаровым, как магнит притягивающим друзей. Они вдвоем пришли тогда ко мне в театр. Мы мечтали с Володей работать вместе. К сожалению, этого не случилось. Высоцкий, как самобытный актер, сразу захватывал, будь он на сцене, на эстраде, в жизни. Он не давал зрителю покоя, ни секунды от себя не отпускал. Пусть не обидятся его хорошие партнеры, но когда он был занят в спектакле и отсутствовал в каком-либо эпизоде, то сцена как бы опустошалась. И я как зритель все время ждал, когда он опять появится на подмостках. Мне кажется, он не умер, это только эпизод, в котором он временно отсутствует. Вот-вот подойдет его выход, и он опять появится на сцене.


Рабочий момент на съемках фильма «Место встречи изменить нельзя»
(Фото из личного архива автора)

Своими воспоминаниями делится заслуженный артист России певец Владимир Павлович Макаров.

– Мне очень приятно, что много лет назад Володя Высоцкий доверил мне исполнить впервые «Песню о друге», которую он написал к кинофильму «Вертикаль». Дело в том, что песня эта была им написана и стала уже популярной до выхода картины на экран. Мне рассказывал сам Володя, что послужило толчком к созданию песни. Ему как-то довелось увидеть, как альпинисты, возвращаясь из похода, спускались вниз с окровавленными, ободранными ладонями, поддерживая товарища. Вот тогда и явилась мысль написать об этом песню. Но она долго не получалась. Однажды альпинисты шли по старым клиньям на подъем отвесной скалы. Их было трое. Нижний соскользнул, завис, начал раскачивать второго. Если бы раскачался второй, то они все трое упали бы в пропасть. Тогда, спасая товарищей, нижний обрезал над своей головой веревку… И родилась песня, полная драматизма и дружбы.

Самым радостным для меня было, когда Володя говорил, что его песни может спеть Макаров. Я и гордился, и был счастлив, потому что Володя сам был большой мастер как поэт, как актер, как исполнитель. Очень своеобразный, правдивый, точный, совершенный. Мы много раз встречались с ним, и мне кажется, что вся эта доброта, весь этот напор, которые в нем существовали, шли от его жизни, его сущности.

Человек он был прямой, очень правдивый, жизнелюбивый, напористый. В его стихах что ни строчка, что ни слово – все такое объемное. Объемным был и он сам – как человек и как актер. Это, очевидно, и помогало ему писать такие прекрасные вещи, оставшиеся в память о нем.

Когда на концертах я получаю записки с просьбой рассказать о Высоцком, всегда испытываю радость. Он был очень внимательным к людям. Я не знаю ни одного случая, чтобы он не помог человеку, если к нему кто-то обращался. Он старался сделать все, чтобы человеку стало немножко легче, если это от него зависело.

Кадр из фильма «Маленькие трагедии»
(1979)

На съемках фильма режиссера М.А. Швейцера «Мёртвые души» судьба свела Т.Н. Дерендяеву с народной артисткой России Лидией Николаевной Федосеевой-Шукшиной. Речь зашла о телефильме «Mаленькие трагедии», снятый Швейцером с Высоцким в роли Дон Гуана.

– Другого Гуана я не представляла, – сказала Л. Федосеева-Шукшина.

– Стихи Пушкина в исполнении Высоцкого – удивительная волшебная музыка. Не знаю, кто еще может так читать эти стихи. Может быть, такая тонкая передача чувств шла от музыкальной одаренности самого Высоцкого. Я думаю, здесь сыграло и личное душевное состояние – любовь. Потому что эту страсть он пропустил через себя. Так сыграть мог только человек, движимый высоким, светлым чувством.

Встретилась Т. Дерендяева на съемках фильма «Лев Толстой» с народным артистом СССР, режиссером Сергеем Аполлинариевичем Герасимовым. Вот его слова: – Первейшим достижением профессионального актера я полагаю способность сохранить человеческие свойства, завещанные ему природой. Казалось бы, не такая уж и трудная задача, но дается она не каждому. Другой профессиональной особенностью выступает необходимость актера трансформироваться, заимствуя и художественно осваивая черты характера, как бы ему не свойственные. Так вот, на пути этого противоречия и открываются масштабы дарования человека. Но даже актеру, умеющему сочетать оба эти качества, не так легко бывает доказать, что, сыграв одну значительную роль, отмеченную примечательным и самобытным характером, ему удастся справиться и с другими, не менее сложными по всем их внешним и внутренним признакам. Думаю, что Владимир Высоцкий обладал такой способностью.


Восходят ленты к нам и снимки,
Грустит мотив.
На черном озере пластинки
Вновь лебедь жив.

Лебедь жив.

– Образ черного лебедя родился у меня не случайно, – говорит поэт Андрей Дмитриевич Дементьев. – Высоцкий часто выступал в черном свитере, в черных брюках, когда играл в театре Гамлета, когда пел со сцены. Сама его судьба, непростая, трагическая, и восприятие слова, повенчанного с музыкой, напомнили мне черного лебедя – красивую, гордую, царскую птицу, которая кричит одна и никогда не поет хором. Владимир Высоцкий для меня – черный лебедь искусства.

Эти записи Т.Н. Дерендяевой – при всей их фрагментарности – ещё одна страничка в копилку нашей памяти о Владимире Высоцком, всю мощь таланта которого мы осознаём полной мерой.

«МОСКОВСКАЯ ПРАВДА» №130 (728) ПЯТНИЦА, 8 ИЮЛЯ 1994 ГОДА